Rambler's Top100
Книги

История старообрядческой церкви (краткий очерк)

[win|dos|koi|iso|mac]     

 

Главная
Церкви
Книги
Молитвы
Календарь
Гостевая Форум
Ссылки




















 

РУССКАЯ ЦЕРКОВЬ ДО СЕРЕДИНЫ XVII ВЕКА

Крещение Руси в 988 году при святом равноапостольном великом князе Владимире было крупнейшим событием в истории нашей Родины. Стремление к истинной вере Христовой давно жило в душе русского народа. Еще княгиня Ольга, бабушка великого князя Владимира, приняла святое крещение и, по словам летописца, «многих ко вере приводе».

Со времени св. князя Владимира русская церковь в течение более 600 лет расширялась и процветала, пребывая в единстве и мире.

Истинную Христову веру на Руси не могли поколебать никакие покушения врагов, которые не раз делали попытки подчинить себе или расколоть русскую церковь: страшное иго татарское, более двухсот лет тяготевшее над Русской землей, не смогло уничтожить или исказить православия. Не раз папы римские стремились подчинить русскую церковь своему престолу, но всегда безуспешно. Верный своей истинной православной церкви, русский народ всегда давал отпор католикам.

Так же безуспешны были попытки внести еретические искажения чистоты христианского учения. Наиболее значительными из них были ереси «стригольников» и «жидовствующих», возникшие в XIV-XV вв. в Новгороде.

«Стригольники» отрицали необходимость духовенства и проповедовали, что и миряне могут руководить верующими; они отвергали св. таинства и постановления вселенских соборов. «Жидовствующие» отвергали догматы о св. Троице, божественности Исуса Христа, отрицали монашество, св. иконы и многие церковные обряды. Эти еретики быстро исчезли.

Все эти покушения на единство и святость русской церкви привели к тому, что русский народ еще внимательнее, еще строже стал охранять свою православную веру.

Управление русской церковью сначала находилось в Киеве. Во главе церкви стоял митрополит. Первыми митрополитами на Руси были греки, которые присылались из Константинополя греческими патриархами. Позднее русские митрополиты стали избираться собором русcкого духовенства и ездили в Константинополь для принятия хиротонии от греческого патриарха. Киевский митрополит ставил епископов на важнейшие русские города.

После разорения Киева войсками татарского хана Батыя (1240 г.) местопребывание митрополита было перенесено во Владимир. А при митрополите Петре кафедра митрополита была перенесена в Москву.

В 1439 г. во Флоренции (Италия) был созван церковный собор по вопросу соединения церквей - западной и восточной. Этого соединения желали византийский император и патриарх для того, чтобы заручиться помощью от римского папы в борьбе против турок, все более теснивших Византию. На Флорентийском cоборе была принята уния (союз), по которой папа признавался главою обеих церквей: католической и православной, причем последняя должна была признать и католические догматы. За православной церковью сохранялись лишь ее богослужебные обряды. На собор во Флоренцию прибыл и московский митрополит Исидор, грек, присланный незадолго перед собором константинопольским патриархом. Он открыто примкнул к унии. По возвращении митрополита Исидора в Москву состоялся собор русского духовенства, который нашел действия митрополита неправильными, и он был низложен с кафедры митрополита. После чего собором русских епископов был избран в митрополиты архиепископ рязанский Иона, который был поставлен в 1448 г. уже без утверждения константинопольского патриарха. С этого времени русские митрополиты стали избираться собором русского духовенства самостоятельно, без утверждения и хиротонии византийским патриархом. Таким образом, русская церковь приобрела независимость от греческой.

При митрополите Ионе также произошло отделение юго-западной русской церкви от северо-восточной. Литовские князья с неудовольствием смотрели на зависимость духовенства и населения их земель от московского митрополита. По их настоянию в Киеве была учреждена особая митрополия. Митрополит киевский продолжал назначаться константинопольским патриархом.

Так образовались две русских митрополии: одна управляла северо- восточной частью России, другая - юго-западным краем. Юго-западная церковь вскоре подпала под влияние католичества. Русская же православная церковь на северо-востоке России с центром в Москве, церковь независимого, сильного, крепнущего государства, сохранила чистоту православия.

В 1453 г. Константинополь был взят турками, и вся Византия подпала под турецкую власть. «Божья кара за измену Православию, за союз с папой-католиком постигла Византию», - говорили тогда в Москве, узнав о победе турок.

В 1551 году при царе Иоанне Васильевиче Грозном в Москве состоялся знаменитый церковный собор, получивший название «Стоглавый», так как сборник постановлений его состоял из ста глав. Этот собор подтвердил правильность старых церковных книг, указав только на незначительные погрешности в знаках препинания и на некоторые описки, а также привел к единству уставы и наложил строгие церковные наказания на тех, кто нарушает правила святых апостолов, противится совершению службы по церковному уставу и нарушает обряды и предания св. Церкви.

В 1589 г. при царе Федоре Иоанновиче в Москву приехал восточный патриарх Иеремия. Хотя фактически московский митрополит был уже независим от константинопольского патриарха, пребывание в Москве патриарха Иеремии русская церковь использовала для учреждения патриархии, и в гот же год митрополит московский Иов был возведен в сан всероссийского патриарха. Обращаясь к царю Федору, патриарх Иеремия сказал: «Ветхий Рим пал от ересей; вторым Римом - Константинополем завладели агарянские внуки - турки; твое же великое Российское царство - третий Рим - всех превзошло благочестием» (В. О. Ключевский. Курс русской истории. М., 1957, ч. III, с. 293).

Но именно в то время, когда русская церковь достигла наибольшего величия и расцвета, в ней произошел раскол, разделивший русских людей. Это печальное событие случилось в царствование Алексея Михайловича и в патриаршество Никона во второй половине XVII столетия.

РЕФОРМЫ ПАТРИАРХА НИКОНА И НАЧАЛО РАСКОЛА

Патриарх Никон стал вводить в русскую церковь новые обряды, новые богослужебные книги и другие новшества без одобрения собора, самовольно. Это и послужило причиной церковного раскола. Кто последовал за Никоном, тех народ стал называть «никонианами», или новообрядцами. Сами же последователи Никона, пользуясь государственной властью и силой, провозгласили свою церковь православной, или господствующей, а своих противников стали звать оскорбительной и принципиально неверной кличкой «раскольники». На них они свалили и всю вину церковного раскола. На самом же деле противники никоновских нововведений не совершали никакого раскола: они остались верны древним церковным преданиям и обрядам, ни в чем не изменив своей родной православной церкви. Поэтому они справедливо называют себя православными старообрядцами, староверами или древлеправославными христианами. Кто же явился подлинным инициатором и вождем раскола?

Патриарх Никон вступил на московский патриарший престол в 1652 году. Еще до возведения в патриархи он сблизился с царем Алексеем Михайловичем. Вместе они и задумали переделать русскую церковь на новый лад: ввести в ней новые чины, обряды, книги, чтобы она во всем походила на греческую церковь, которая давно уже перестала быть вполне благочестивой.

Гордый и самолюбивый, патриарх Никон не имел большого образования. Зато он окружил себя учеными украинцами и греками, из которых наибольшую роль стал играть Арсений Грек, человек весьма сомнительной веры. Воспитание и образование он получил у иезуитов; по прибытии на Восток он принял магометанство, затем снова примкнул к православию, а потом уклонился в католичество. Когда он появился в Москве, его отправили в Соловецкий монастырь как опасного еретика. Отсюда и взял его Никон к себе и сразу сделал главным помощником в церковных делах. Это вызвало большой соблазн и ропот в среде верующего русского народа. Но возражать Никону было нельзя. Царь предоставил ему неограниченные права в делах церкви. Никон, ободренный царем, делал что хотел, ни с кем не советуясь. Опираясь на дружбу и власть царскую, он приступил к церковной реформе решительно и смело.

Никон имел характер жестокий и упрямый, держал себя гордо и недоступно, называя себя, по примеру римского папы, «крайним святителем», титуловался «великим государем» и был одним из самых богатых людей России. К архиереям он относился надменно, не хотел их называть своими братьями, страшно унижал и преследовал остальное духовенство. Все страшились и трепетали перед Никоном. Историк Ключевский называет Никона церковным диктатором.

В старину не было типографий, книги переписывались. В России богослужебные книги писались в монастырях и при епископах особыми мастерами. Это мастерство, как и иконописание, почиталось священным и выполнялось старательно и с благоговением. Русский народ любил книгу и умел ее беречь, как святыню. Малейшая опись в книге, недосмотр, ошибка считались большой погрешностью. Вот почему сохранившиеся до нас многочисленные рукописи старого времени отличаются чистотою и красотою письма, правильностью и точностью текста. В древних рукописях трудно встретить помарки и зачеркивания. В них было меньше описок, чем в современных книгах опечаток. Замеченные в прежних книгах существенные погрешности были устранены еще до Никона, когда в Москве начала действовать типография. Исправление книг велось с большой осторожностью и осмотрительностью.

Совсем иначе повелось исправление при патриархе Никоне. На соборе в 1654 г. было решено исправлять богослужебные книги по древним греческим и древним славянским, на самом же деле исправление производилось по новым греческим книгам, напечатанным в иезуитских типографиях Венеции и Парижа. Об этих книгах даже сами греки отзывались как об искаженных и погрешительных.

Таким образом, деятельность Никона и его единомышленников свелась не к исправлению древних книг, а к их изменению, а точнее говоря, - к порче. За изменением книг последовали и другие церковные нововведения.

Наиболее важными изменениями и нововведениями были следующие:

1. Вместо двоеперстного крестного знамения, которое было принято на Руси от греческой православной церкви вместе с христианством и которое является частью святоапостольского предания, было введено троеперстие.

2. В старых книгах, в согласии с духом славянского языка, всегда писалось и выговаривалось имя Спасителя «Исус», в новых книгах это имя было переделано на грецизированное «Иисус».

3. В старых книгах установлено во время крещения, венчания и освящения храма делать обхождение по солнцу в знак того, что мы идем за Солнцем-Христом. В новых книгах введено обхождение против солнца.

4. В старых книгах, в Символе Веры (VIII член), читается: «И в Духа Святаго Господа истиннаго и животворящаго», после же исправлений слово «истиннаго» было исключено.

5. Вместо «сугубой», т. е. двойной аллилуйи, которую творила русская церковь с древних времен, была введена «трегубая» (тройная) аллилуйя.

6. Божественную литургию в Древней Руси совершали на семи просфорах, новые «справщики» ввели пятипросфорие, т. е. две просфоры исключили.

Приведенные примеры показывают, что Никон и его помощники дерзко посягнули на изменение церковных установлений, обычаев и даже апостольских преданий русской православной церкви, принятых от греческой церкви при крещении Руси.

Эти изменения церковных узаконений, преданий и обрядов не могли не вызвать резкий отпор со стороны русских людей, свято хранивших древние святые книги и предания.

Кроме самого факта изменения древних книг и обычаев церковных, резкое сопротивление в народе вызвали те меры, с помощью которых патриарх Никон и поддерживающий его царь насаждали эти нововведения. Жестоким гонениям и казням подвергались русские люди, совесть которых не могла согласиться с церковными нововведениями и искажениями. Многие предпочитали умереть, чем предать веру своих отцов и дедов.

Патриарх Никон начал свои реформы с отмены двоеперстного сложения. Вся русская церковь творила тогда крестное знамение двоеперстием: три пальца (большой и два последних) складывали православные христиане во имя Святой Троицы, а два (указательный и великосредний) во имя двух естеств во Христе - божеского и человеческого. Так складывать пальцы для выражения главных истин православной веры учила и древняя греческая церковь. Двоеперстие идет с апостольских времен. Святые отцы свидетельствуют, что и Сам Христос благословлял своих учеников именно таким перстосложением. Никон же отменил его. Он сделал это самовольно, без соборного решения, без согласия церкви и даже без совета с каким-либо епископом. В то же время он приказал знаменоваться троеперстием: складывать первые три перста во имя св. Троицы, а два последние «иметь праздными», т. е. ими ничего не изображать. Христиане говорили: новый патриарх упразднил Христа.

Троеперстие было явным новшеством. Оно незадолго до Никона появилось у греков, они же привезли его и в Россию. Ни один святой отец и ни один древний собор не свидетельствуют о троеперстии. Поэтому русские люди не хотели его принимать. Кроме того, что в нем не изображаются два Христова естества, еще и неправильно изображать на себе крест тремя перстами во имя св. Троицы, не исповедуя в них человеческого естества Христа. Выходит, будто св. Троица была распята на кресте, а не Христос по своему человечеству. Но Никон ни с какими доводами не думал считаться. Воспользовавшись прибытием в Москву антиохийского патриарха Макария и других иерархов с Востока, Никон предложил им высказаться в пользу нового пер стосложения. Они написали следующее: «Предание прияхом с начала веры от святых апостол и святых отец, и святых седьми соборов творити знамение честнаго креста тремя первыми перстами десныя руки. И кто от христиан православных не творит крест тако, по преданию восточныя церкви, еже держа с начала веры даже до днесь, есть еретик и подражатель арменов. И сего ради имамы его отлучена от Отца и Сына и Св. Духа, и проклята». Подобное осуждение сначала было провозглашено в присутствии множества народа, затем изложено письменно и напечатано в изданной Никоном книге «Скрижаль». Как громом поразили русский народ эти безрассудные проклятия и отлучения.

Русский благочестивый народ, вся русская церковь не могли согласиться с таким крайне несправедливым осуждением, провозглашенным Никоном и его единомышленниками - греческими архиереями, тем более, что они говорили явную неправду, будто бы и апостолы, и св. отцы установили троеперстие. Но Никон не остановился на этом. В книге «Скрижаль» к только что приведенным он добавил новые осуждения. Он дошел до того, что стал хулить двоеперстие как якобы заключающее в себе страшные «ереси и нечестие» древних еретиков, осужденных вселенскими соборами (ариан и несториан).

В «Скрижали» преданы проклятию и анафеме православные христиане и за то, что исповедуют в символе веры Духа Святого истинным. В сущности, Никон и его помощники проклинали русскую церковь не за ереси и погрешности, а за совершенно православное исповедание веры и за древние церковные предания. Эти действия Никона и его единомышленников сделали их в глазах русского благочестивого народа еретиками и отступниками от святой церкви.

ПРОТИВНИКИ НИКОНА

Реформаторская деятельность Никона встретила сильную оппозицию со стороны видных духовных деятелей того времени: епископа Павла Коломенского, протопопов - Аввакума, Иоанна Неронова, Даниила из Костромы, Логгина из Мурома и других. Эти лица пользовались в народе огромным уважением за их пастырскую деятельность. Протопопы Иоанн Неронов и Аввакум обладали большим даром слова. Они умели говорить просто и ясно, горячо и вдохновенно. Они не стеснялись говорить правду в глаза сильным мира сего, обличали пороки и преступления властей, были прямодушными и честными, нисколько не заботились о своих личных выгодах, служили Церкви и Богу со всей преданностью и искренней и пламенной любовью, всегда были готовы пойти на страдание и мучение за дело Христово, за правду Божию. В устных проповедях, в письмах они смело обличали всех виновников церковных нововведений, не останавливаясь ни перед патриархом, ни перед царем. Но последние не вняли голосу; ревностных и благочестивых подвижников святой веры.

Верные и стойкие поборники церковной старины вскоре подверглись жестоким мучениям и казням по приказам патриарха Никона и царя Алексея Михайловича. Первыми мучениками за правую веру были протопопы Иоанн Неронов, Логгин, Даниил, Аввакум и епископ Павел Коломенский. Они были высланы из Москвы в первый год реформаторской деятельности Никона (1653-1654гг.).

На соборе 1654 года, созванном по вопросу о книжном исправлении, епископ Павел Коломенский мужественно заявил Никону: «Мы новой веры не примем», за что без соборного суда был лишен кафедры. Прямо на соборе патриарх Никон собственноручно избил епископа Павла, сорвал с него мантию и велел немедленно отправить в ссылку в монастырь. В монастыре епископ Павел был подвергнут тяжелым мучениям и, наконец, сожжен в срубе.

Народ говорил, что на первосвятительском престоле воссел патриарх-мучитель и убийца. Никон начал свои реформы не с благословения Божьего, а с проклятий и анафем, не с молитвы церковной, а с кровопролития и убийства. Все трепетали перед ним, и никто из епископов уже не посмел выступить с мужественным словом обличения. Робко и молчаливо они соглашались с его требованиями и распоряжениями.

Никон недолго пробыл на патриаршем престоле, всего семь лет. Своим властолюбием и гордостью он сумел оттолкнуть от себя всех. Произошел у него разрыв и с царем. Никон вторгался в дела государства, возмечтал даже стать выше, царя и полностью подчинить его своей воле. Алексей Михайлович стал тяготиться Никоном, охладел к нему и лишил его прежнего внимания и дружбы. Тогда Никон задумал воздействовать на царя угрозой, что ему раньше удавалось. Он решил публично отречься от патриаршества, рассчитывая на то, что царь будет тронут его отречением и станет упрашивать не покидать первосвятительского престола.; Никон хотел воспользоваться этим и потребовать от царя, чтобы тот повиновался ему во всем, поставив царю условием. что только в этом случае он останется на патриаршем престоле. Однако Никон жестоко ошибся в своих расчетах. На торжественной литургии в Успенском соборе в Кремле 10 июля 1658 г. он объявил с амвона, обращаясь к духовенству и народу: «От лени я окоростовел, и вы окоростовели от меня: "От сего времени не буду вам патриарх; если же помыслю быть патриархом, то буду анафема». Тут же на амвоне Никон снял с себя архиерейское облачение, надел черную мантию и монашеский клобук, взял простую клюку и вышел из собора. Царь, узнав об уходе патриарха с престола, не стал удерживать его. Никон отправился в Воскресенский монастырь, прозванный им «Новым Иерусалимом», и стал жить здесь. Но примириться со своим новым положением в качестве только монастырского обитателя он не мог. Неспокойный и гордый, Никон пытался снова вернуться к патриаршей власти. Однажды ночью он внезапно приехал в Москву в Успенский собор во время богослужения и послал уведомить царя о своем приезде. Но царь к нему не вышел, и никто не посмел упрашивать Никона снова занять партиарший престол. Раздосадованный Никон вернулся в монастырь.

Бегство Никона с патриаршего престола внесло новое расстройство в церковную жизнь. Царь по этому случаю созвал собор в Москве в 1660 г. Собор решил избрать нового патриарха. Но Никон разразился бранью на этом соборе, обозвал его «бесовским сонмищем». В своем монастыре он держал себя властно и возмутительно: совершал рукоположения, осуждал и проклинал архиереев, предал проклятию и царя со всем его семейством. Царь и архиереи не знали, что делать с Никоном.

В это время в Москву с Востока прибыл греческий митрополит Паисий Лигарид.

Лигарид был тайный иезуит, получивший воспитание в Риме. Восточные патриархи за его иезуитство предали его проклятию и лишили сана. В Москву Паисий Лигарид прибыл с подложными грамотами и сумел обмануть царя и снискать к себе его доверие. Этому ловкому и изворотливому человеку и было поручено дело Никона. Паисий сразу стал во главе всех церковных дел в России. Он заявил, что Никон «должен быть проклят как еретик» и что для этого нужно созвать в Москве большой собор при участии восточных патриархов. Никон знал, кем был Лигарид, и беспомощно ругал его, называя «вором», «нехристем», «собакой», «самоставленником», «мужиком». С Востока были получены достоверные сообщения, что Паисий Лигарид действительно католик, состоит на службе у римского папы и что восточные патриархи низвергли его и прокляли. Но так как царю не на кого было опереться в борьбе с Никоном, то Паисий Лигарид все-таки остался управителем церкви.

Для суда над Никоном и рассмотрения других церковных дел царь Алексей созвал в 1666 г. новый собор (он был продолжен и в следующем, 1667 г.). На собор прибыли восточные патриархи: Паисий александрийский и Макарий антиохийский. Приглашение этих патриархов было неудачным. Как потом оказалось, они сами были низложены со своих престолов собором восточных иерархов и поэтому не имели канонического права решать русские церковные дела. Начался суд над Никоном. Собор признал Никона виновным в самовольном бегстве с кафедры и в других преступлениях. Патриархи называли его «лжецом», «обманщиком», «мучителем», «убийцей», сравнивали его с сатаной, говорили, что он «даже хуже сатаны», признали его еретиком за то, что он приказал не исповедовать воров и разбойников перед смертью. Никон не остался в долгу и обзывал патриархов «самозванцами», «турецкими невольниками», «бродягами», «продажными людьми» и т. п. В конце концов собор лишил Никона священного сана и сделал простым монахом.

Изменил Никон и своим нововведениям. Еще будучи на патриаршем престоле, он говорил иногда, что «старые служебники добры» и по ним «можно служить службу Божию». Уйдя же с престола, он совсем позабыл о своих реформах. Более того. Он начал издавать книги в монастыре согласно со старопечатными. Этим возвращением к старому тексту Никон как бы вынес суд над собственной книжной реформой. Тем самым он фактически признал ее ненужной и бесполезной.

Реформа Никона, посягнувшая на старую веру и расколовшая единство русского народа, по существу была не только ненужной, но и вредной.

Никон скончался в 1681 г. не примиренным ни с царем, ни с архиереями, ни с церковью.

СУД НАД РУССКОЙ ЦЕРКОВЬЮ

Низложив Никона, собор избрал на его место нового патриарха - Иоасафа, архимандрита Троице-Сергиевой лавры. Затем собор приступил к решению вопросов, вызванных церковной реформой. Всеми делами на соборе заправлял Паисий Лигарид. От него нельзя было ожидать, что он станет на защиту старой веры. Нельзя было ожидать этого и от восточных патриархов, так как никоновская реформа проводилась в согласии с греческими новыми книгами. С присоединением Украины к Москве стало сказываться юго-западное влияние. В Москву понаехало множество монахов, учителей, политиков и разных дельцов. Все они были в сильной степени заражены католицизмом, что не помешало им приобрести большое влияние при царском дворе. Паисий Лигарид вел в это время переговоры с католическим Западом о соединении русской церкви с римской. Он пытался склонить к этому и восточных патриархов. Русские же архиереи во всем были послушны царю. В такое-то время и состоялся собор по делу никоновской реформы.

Собор одобрил книги новой печати, утвердил новые обряды и чины и наложил страшные проклятия и анафемы на старые книги и обряды. Двоеперстие собор объявил еретическим, а троеперстие утвердил на вечные времена как великий догмат. Проклял тех, кто в символе веры исповедует Духа Святаго истинным. Проклял и тех, кто будет совершать службу по старым книгам. В заключение собор изрек: «Если кто не послушает нас или начнет прекословить и противиться нам, то мы такового противника, если он - духовное лицо, извергаем и лишаем всякого священнодействия и благодати и предаем проклятию; если же это будет мирянин, то такового отлучаем от св. Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа, и предаем проклятию и анафеме как еретика и непокорника и отсекаем, как гнилой уд. Если же кто до самой смерти останется непокорным, то таковой и по смерти да будет отлучен, и душа его пребудет с Иудой-предателем, с еретиком Арием и с прочими проклятыми еретиками. Скорее железо, камни, дерево разрушатся, а тот да будет не разрешен во веки веков. Аминь».

Эти ужасные проклятия возмутили даже самого Никона, привыкшего проклинать православных христиан. Он заявил, что они положены на весь православный народ и признал их безрассудными.

Чтобы заставить русский благочестивый народ принять новую веру, новые книги, собор благословил подвергать ослушников соборных определений тягчайшим казням: заточать их в тюрьмы, ссылать, бить говяжьими жилами, отрезать уши, носы, вырезывать языки, отсекать руки.

Все эти деяния и определения собора внесли еще большую смуту в умы русских людей и усугубили церковный раскол (Современная Русская Патриаршая Церковь на своем поместном Соборе в 1971 г. с участием зарубежных церковных представителей признала ошибку, сделанную бывшим патриархом Никоном и его другом царем Алексеем, приведшую к трагическому разделению Русской Церкви, и засвидетельствовала, что старые обряды «равночестны и спасительны». И, следовательно, реформы в этой области, осуществленные Никоном и царем Алексеем, незаконны, так как «не имели ни канонических, ни исторических оснований» (об этом см.: на страницах «Журнала Московской Патриархии» за 1971 г, № 6, и доклад митрополита Никодима в № 7 за тот же год)).

НАДЕЖДЫ НА ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДРЕВЛЕПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ

Раскол русской церкви совершился не сразу. Определения собора были настолько ошеломляющими, в них было так много безумия, что русский народ счел их за дьявольское наваждение. Многие думали, что царь обманут приезжими греками и западниками, и верили, что он рано или поздно распознает этот обман и возвратится к старине, а обманщиков прогонит от себя. Что же касается архиереев, участвовавших на соборе, то о них составилось убеждение, что они не тверды в своей вере и, боясь царской власти, готовы веровать так, как прикажет царь. Один из наиболее бескомпромиссных приверженцев новой веры, чудовский архимандрит Иоаким (впоследствии патриарх Московский) откровенно заявил: «Я не знаю ни старой веры, ни новой, но что велят начальницы, то я готов творить и слушать их во всем».

В течение 15-ти лет после собора шли пререкания между сторонниками старой веры и новой, между представителями древней народной церкви и представителями новой, царской. Защитники старины надеялись, что еще можно уладить возникший раздор, что государственная власть одумается и вернется к святой старине. Протопоп Аввакум слал царю Алексею Михайловичу одно послание за другим и призывал его к покаянию. Этот протопоп-богатырь горячо и вдохновенно убеждал царя, что в древнем православии, которое так немилостиво проклято собором, нет ничего еретического. «Мы содержим истинную и правую веру, умираем и кровь свою проливаем за Церковь Христову».

Царя просили назначить всенародное состязание с духовными властями: пусть видят и слышат все, какая вера истинная - старая или новая.

Царь Алексей Михайлович не внял этим просьбам и мольбам. После его смерти царский престол занял его сын Феодор Алексеевич. Защитники и исповедники древнецерковных преданий обратились к новому царю с горячей мольбой - вернуться к вере благочестивых и святых предков. Но и эта мольба не имела успеха. На все челобитные церковных пастырей, жаждавших мира и единства церковного, правительство отвечало ссылками и казнями.

ГОНЕНИЕ НА ДРЕВЛЕПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН

Ссылки и казни последовали тотчас же после собора. Знаменитые защитники древлеправославного благочестия: протопоп Аввакум, священник Лазарь, диакон Феодор, инок Епифаний - были сосланы на дальний Север и заточены в земляную тюрьму в Пустозерске (Архангельская область). Они были подвергнуты (за исключением Аввакума) еще особой казни: ям вырезали языки и отсекли правые руки, чтобы они не могли ни говорить, ни писать в обличение своих гонителей. Более 14-ти лет пробыли они в мучительном заточении - в сырой яме. Но никто из них не поколебался в правоте своей веры. Благочестивый народ чтил этих исповедников как непреоборимых воинов Христовых, как дивных страстотерпцев и мучеников за святую веру. Пустозерск стал святым местом. По настоянию нового патриарха Иоакима пустозерские страдальцы были преданы сожжению на костре. Казнь последовала в пятницу, в день страстей Христовых, 14 апреля 1682 г. Всех их вывели на площадь, где был устроен сруб для сожжения. Бодро и радостно взошли они на костер. Толпа людей, сняв шапки, молча окружила место казни. Подожгли дрова, и костер запылал. Священномученик Аввакум обратился к народу с прощальным словом. Подняв высоко сложенную в двуперстие руку, он провозгласил «Вот будете этим крестом молиться, вовеки не погибнете». Когда мученики сгорели, народ бросился к костру собирать святые кости, чтобы разнести их потом по всей русской земле.

Мучения и казни совершались и в других местах московского государства. За шесть лет до сожжения пустозерских узников были преданы мучительной смерти сотни преподобных отцов и исповедников славной Соловецкой обители. Эта обитель вместе с другими монастырями и скитами русской церкви отказалась принять новые никоновские книги. Соловецкие иноки решили продолжать службу Божию по старым книгам. Они написали государю в течение нескольких лет пять челобитных (прошений), в которых умоляли царя только об одном: разрешить им оставаться в прежней вере. «Плачемся вси со слезами, - писали иноки царю Алексею Михайловичу, - помилуй нас, нищих и сирот, повели, государь, нам быти в той же нашей старой вере, в которой отец твой, государев, и вси благоверные цари и великие князи скончались, и преподобные отцы Соловецкой обители: Зосима, Савватий, Герман и Филипп митрополит, и вси святии отцы угодили Богу». Соловецкие иноки были твердо убеждены, что измена старой вере означала измену Церкви и Самому Богу. Поэтому они соглашались скорее принять мучения, нежели отступить от веры своих предков. Они смело заявили царю: «Лучше нам временною смертью умереть, нежели вечно погибнуть. И если нас предадут огню и мукам или на части рассекут, мы и тогда не изменим апостольскому преданию вовеки».

В ответ на все просьбы и мольбы смиренных иноков царь послал в Соловецкий монастырь военную команду, чтобы силою заставить убогих старцев принять новые книги. Иноки не пустили к себе стрельцов и затворились в обители за толстыми каменными стенами, как в крепости. Царские войска осаждали Соловецкий монастырь в течение восьми лет (с 3668 по 1676 г.). Наконец, в ночь на 22 января 1676 г. стрельцы ворвались в обитель, и началась страшная расправа с жителями монастыря. Было замучено до 400 человек: одних повесили, других порубили на плахах, третьих утопили в проруби. Вся обитель была залита кровью святых страдальцев. Они умирали спокойно и твердо, не просили ни милости, ни пощады. Только 14 человек случайно уцелело. Тела убитых и разрубленных мучеников лежали с полгода неубранными, пока не пришел царский указ - предать их земле. Разгромленная и разграбленная обитель была заселена присланными из Москвы монахами, принявшими новую правительственную веру и новые никоновские книги.

Незадолго до казни соловецких страдальцев были замучены в боровской тюрьме (Калужская обл.) две родных сестры из боярского рода Соковниных, боярыня Феодосия Прокопьевна Морозова и княгиня Евдокия Прокопьевна Урусова. С детства они были окружены почетом, славой, близко стояли к царскому двору и часто там бывали. Но ради истинной веры они презрели и богатство, и почет, и славу мирскую. Они были арестованы и подвергнуты страшным пыткам. По указу царя их сослали в Боровск и посадили здесь в мрачное и сырое подземелье. Сестер-исповедниц томили голодом. Силы их слабели, жизнь медленно угасала. 11 сентября 1675 г. скончалась Евдокия, а 2 ноября, через 51 день,- ее сестра, успевшая еще до ссылки принять иночество с именем Феодоры.

Немало было замучено в то время исповедников старой веры: одних засекли плетьми, других уморили голодом в тюрьмах, третьих предали сожжению.

БЕГСТВО ЦЕРКВИ В ПУСТЫНИ И ЛЕСА

Положение христиан в России в XVII столетии во многом было похоже на положение христиан в Римской империи. Как тогда христиане из-за сильных гонений со стороны языческих властей вынуждены были скрываться в катакомбах, в загородных пристанищах, так и русским людям, православным христианам XVII века, пришлось бежать в пустыни и леса, скрываясь от преследований со стороны государственных и церковных властей.

По настоянию московского патриарха Иоакима царевна Софья в 1685 г. издала против старообрядцев 12 грозных статей. В них старообрядцы обзываются «ворами», «раскольниками», «противниками церкви» и караются страшными казнями. Если кто тайно будет содержать старую веру, того бить кнутом и ссылать в отдаленные места. Приказано бить кнутом и батогами даже тех, кто окажет хотя какую-нибудь милость старообрядцам: дадут им или поесть, или только испить воды. Установлено было ссылать и бить кнутом и таких людей, у которых старообрядцы только приютились. Все имущество старообрядцев было приказано отбирать и отписывать великим государям. От этих тяжких наказаний, разорений и смерти могло спасти гонимых христиан лишь полное отречение от старой веры и рабская покорность всем приказаниям властей. От всех русских людей требовалось верить так, как приказывало новое начальство. В этом же узаконении Софьи была статья, которая гласила: если кто из старообрядцев перекрещивал крещеных в новой церкви и, если он даже и раскается, исповедуется в том отцу духовному и искренне пожелает причаститься, то его, исповедав и причастив, все-таки «казнить смертию без всякого милосердия».

Правительство жестоко преследовало людей старой веры: повсюду горели костры, сжигали сотнями и тысячами людей, резали языки, рубили головы, ломали клещами ребра, четвертовали; тюрьмы, монастыри и подземелья были переполнены страдальцами за святую веру. Духовенство и гражданское правительство беспощадно истребляли своих же родных братьев - русских людей. Никому не было пощады: убивали не только мужчин, но и женщин, и даже детей. Великие страдальцы - русские православные христиане - явили необычайную силу духа в это ужасное время. Хотя некоторые из них в конце концов отступили от истинной веры, не выдержав пыток и гонений, многие пошли на смерть смело и решительно.

Огромное большинство преследуемых христиан бежали в пустыни, леса, в горы, где заводили себе приют. Но и там их отыскивали, жилища разоряли, а самих приводили к духовным властям для увещаний и, если они не изменяли своей вере, предавали мучениям и смерти. Через четыре года после узаконения статей Софьи патриарх Иоаким издал указ: «Смотреть накрепко, чтобы раскольники не жили в волостях и в лесах, а где объявятся - самих ссылать, пристанища их разорять, имущество продавать, а деньги присылать в Москву».

Чтобы спастись от преследований и пыток, русские люди стали себя сжигать. «Нет нигде места, - говори они, - только и уходу, что в огонь да в воду». Во многих местах, где ждали гонителей и мучителей, заранее приготовлялись срубы для самосожжений и приспосабливались к этому отдельные избы, часовни, церкви, просмоленные и обложенные соломой. Как только приходило известие, что идут сыщики и гонители, народ запирался в приготовленное к сожжению здание и при появлении гонителей заявлял им: «0ставьте нас, или мы сгорим». Бывали случаи, что гонители уходили, и тогда самосожжения не происходило. Но в большинстве случаев преследуемые погибали: до такого отчаяния довели верующих христиан беспощадные преследования, жестокие пытки и мучения.

Более двухсот лет пребывало старообрядчество в гонениях. Они временами то ослабевали, то снова усиливались, но никогда не прекращались. Царь Петр I провозгласил принцип веротерпимости в государстве. Им широко воспользовались в России разные вероисповедания: римско-католическое, протестантское, магометанское, иудейское. И только одни старообрядцы не имели свободы в родном отечестве. В царствование Петра их уже не сжигали массами, но отдельные случаи сожжения и других смертных казней были не редки. Царь Петр дозволил старообрядцам открыто жить в городах и селениях, но обложил их двойным налогом. Брали налог с каждого мужчины за ношение бороды, брали с них штраф и за то, что священники совершали у них духовные требы. Словом, старообрядцы были источником доходов и для правительства, и для духовенства. Однако никакими гражданскими правами в государстве они не пользовались. Старообрядцы делились на так называемых «записных» и «незаписных». Записными назывались те, кто состоял на особом учете и платил двойной налог; незаписные жили тайно, их ловили и ссылали на каторгу как врагов церкви и государства, несмотря на то, что они были самыми верными сынами своего отечества.

Весьма тяжело жилось русским православным людям при этом царе. В таком же положении они находились и при преемниках Петра. Только в царствование Екатерины II (1762- 1796) старообрядцы вздохнули несколько свободнее. Но к концу царствования Александра I опять начали появляться указы, стесняющие духовную жизнь старообрядчества. При царе Николае I (1825-1855) старообрядцы жестоко преследовались. Только события, связанные с революцией 1905 года, дали старообрядцам возможность открыто устраивать в родном отечестве крестные ходы, иметь колокольный звон, организовывать общины. Но до самого 1917 г. старообрядцы так и не получили полной религиозной свободы: не было признано их священство, не были отменены статьи уголовного закона, карающие за присоединение новообрядцев к старообрядчеству, им не было разрешено открыто проповедовать свою веру, занимать ответственные административные должности, не было дано право старообрядческим учителям преподавать в общих народных школах.

ЦЕРКОВНОЕ ПРАВЛЕНИЕ

Православная старообрядческая церковь, вследствие жестоких на нее гонений, лишена была возможности нормально осуществлять свою духовную деятельность: богослужение часто приходилось совершать не в храмах, а в лесах и разных трущобах. Церковь была лишена своих высших руководителей - епископов, однако смогла, при помощи Божией, сохранить себя от падения и еретических уклонений.

Русская церковь никогда не имела большого количества епископов. Наибольшее число их не превышало 15, а при Никоне их было и того меньше. Епископ Павел Коломенский мужественно выступил против затей Никона, за что был предан мученической смерти. Остальные епископы, боясь участи Павла, вынуждены были молчаливо одобрить новые церковные порядки. Таким образом, святая Церковь осталась без епископов, с одними священниками и диаконами.

По правилам церкви, священники должны быть в подчинении у своих епископов. Но те же правила разрешают священникам не подчиняться епископам, если последние уклонились в какое-либо заблуждение, открыто проповедуют ересь или совершают церковное разделение. Священники поступили поэтому совершенно законно, решив не идти за Никоном и другими архиереями, изменившими святой Церкви. Священники вправе были совершать без них службу Божию, таинства и управлять паствой. Но они не имели права рукополагать себе преемников - новых священников; старые же не могли жить без конца. Что же оставалось делать? Где было взять новых священников? Этот вопрос был выдвинут жизнью вскоре после совершившегося церковного раскола. И тогда же он был разрешен на основании церковных канонов (правил).

Еще в прежние века в христианской церкви возникали подобные вопросы. Бывали случаи, что поместные церкви лишались всех своих епископов вследствие уклонения их в ересь. И там, в еретическом обществе, они продолжали священнодействовать, рукополагать епископов, священников. Вселенские и поместные соборы православной церкви постановили принимать этих поставленных в ереси духовных лиц, если они отрекутся от своих заблуждений, в их духовном сане, т. е. если они рукоположены в епископский сан, то остаются епископами, если же в священнический - священниками (8-е прав. 1-го Всел. Собора). Было установлено святыми соборами даже посылать особых уполномоченных к еретическим духовным лицам, чтобы убедить их оставить свое еретическое общество и присоединиться к истинной Христовой Церкви (80-е прав. Карфагенского собора). Руководствуясь этими древними соборными правилами, старообрядческая церковь также решила принимать духовных лиц, рукоположенных в новообрядческой церкви, в сущем сане. Таких священников правительство называло «беглыми», так как им приходилось буквально бежать и постоянно укрываться от преследований и гонений.

Священники совершали в старообрядческой церкви все присущие их власти таинства и требы: крестили, миропомазывали, исповедовали, причащали, венчали, елеопомазывали, погребали умерших и т. д. Они не имели власти освящать миро; эта власть по правилам принадлежит епископу. Но и это затруднение было разрешено согласно древним установлениям св. Церкви. У священников в запасе было много св. мира, освященного еще благочестивым патриархом московским Иосифом; сохранилось даже миро, освященное патриархом Филаретом. Но с течением времени его количество, естественно, уменьшалось, поэтому его стали разбавлять освященным елеем (маслом), что по необходимости допускается церковными правилами.

Священники не имеют права освящать церкви, если нет антиминса (антиминс - плат с частицей св. мощей, освященный епископом и необходимый для храма). Но в православной старообрядческой церкви сохранились древние антиминсы, освященные благочестивыми епископами. На этих антиминсах старообрядческие священники и освящали церкви, и совершали божественную литургию.

Затруднительные и сложные вопросы, периодически возникавшие в старообрядчестве, разрешались соборне - общим голосом святой Церкви. На собор съезжались игумены монастырей, священноиноки, приходские священники, почетные иноки, уполномоченные от приходов мирские люди, знавшие Священное Писание и церковные правила. Соборы объединяли в себе все церковное управление, устанавливали порядок в церквах, определяли старшинство между духовными лицами, проверяли их деятельность, разрешали всякие сомнения и недоразумения. Соборы собирались в особых исторически создавшихся духовных центрах старообрядчества.

ДУХОВНЫЕ ЦЕНТРЫ

Духовными центрами старообрядчества назывались такие поселения, где сосредоточены были духовные силы церкви и где была возможность осуществлять духовную деятельность. Это были преимущественно монастыри и скиты.

Из Москвы и других крупных городов христиане вынуждены были бежать на далекие окраины России, часто в совсем не заселенные места. Где они оседали, сейчас же в той местности создавались монастыри и скиты, которые становились источником духовной жизни. Отсюда шло руководство церковью, из монастырей рассылались священники на приходы. Отсюда же посылалось св. миро, здесь составлялись всякого рода послания к христианам, писались сочинения в защиту старообрядчества, воспитывались и самые защитники и проповедники древлеправославной веры. В некоторых местах возникало много скитов и монастырей - по нескольку десятков, с многими сотнями иночествующих подвижников. Они объединялись под руководство наиболее крупного и авторитетного монастыря. Таких духовных центров в старообрядчестве было несколько. Наиболее прославились своей церковной деятельностью следующие центры: Керженец, Стародубье, Ветка, Иргиз и Рогожское кладбище в Москве.

Керженец - имя реки, протекающей в Семеновском районе Нижегородской области и впадающей в Волгу. По названию реки называется и вся местность, охватываемая ее течением. В XVII в. здесь был густой, почти непроходимый лес, дававший возможность гонимым христианам укрываться от беспощадных врагов. К концу XVII в. на Керженце уже существовало до ста обителей, мужских и женских. При Петре I началось разорение их. Главным гонителем старообрядцев в этой местности и во всей Нижегородской губернии был нижегородский архиепископ Питирим. Он и царя настраивал против старообрядцев. Многих керженских старообрядцев в это время ссылали на каторгу, подвергали пыткам, а иных казнили. В Нижнем Новгороде был казнен всенародно известный керженский диакон Александр, составивший замечательную книгу ответов на вопросы Питирима. Ему отсекли голову, тело сожгли, а пепел бросили в Волгу. Вследствие такого гонения многие старообрядцы бежали отсюда в Пермский край, в Сибирь, в Стародубье, на Ветку и в другие места.

Стародубье - местность, расположенная вокруг г. Стародуба, объединявшая в прошлом несколько уездов северной части Черниговской губернии (Стародубский, Новозыбковский, Суражский). И в настоящее время существуют города и селения, где живут многочисленные потомки старообрядцев: Клинцы, Святск, Климове; Митьковка, Воронок, Лужки, Новозыбков (в настоящее время относятся к Брянской области). Здешние природные условия позволяли скрываться от преследований и гонений, и местные власти относились к пришлым христианам терпимо и снисходительно. Однако царские власти не оставляли старообрядцев в покое и здесь. Когда начались в этих местах преследования, бывшие там священники вместе с паствой ушли в Польшу на Ветку.

Ветка. В Польше старообрядцы пользовались свободой, никто их здесь не преследовал. Сюда бежали старообрядцы не только из Стародубья, но и из других мест России. Вскоре в окрестностях первого поселения старообрядцев в Польше выросло около двадцати новых слобод, каждая со своим названием. Но вся местность, населенная старообрядцами, стала называться одним общим именем - Веткой. Она долгое время служила руководящим центром духовной жизни старообрядчества. Царское правительство обратило внимание на этот духовный питомник старообрядчества, но ничего с ним не могло поделать, так как он находился за границей. Но как только Польское королевство ослабело, русское правительство поспешило разорить Ветку. Случилось это в 1735г., в царствование Анны Иоанновны. По приказанию этой царицы русские войска внезапно окружили все ветковские слободы. Старообрядцы были захвачены врасплох, никто не мог убежать. Был совершен повальный обыск монастырей, скитов, домов, келий. Все, что найдено, было отобрано. Все постройки были сожжены дотла. Из жителей Ветки было захвачено более 15 тысяч человек - мужчин, женщин и детей. Было захвачено более тысячи человек в монастырях - иноков и инокинь, которых разослали по многочисленным российским монастырям под строгий надзор. Всех мирских жителей расселили по разным городам и селениям Российского государства. Этот разгром Ветки известен под названием «выгонки». Вскоре на испепеленном месте снова появились поселенцы, опять возникли слободы и скиты. При Екатерине II последовала вторая «выгонка» Ветки, позже была и третья. Но Ветка каждый раз снова возрождалась.

Иргиз - большой приток Волги, протекающий в юго-восточной половине Саратовской и Самарской областей. В царствование Екатериты II старообрядцы поселились здесь в большом количестве и основали множество скитов и монастырей, которые объединились под общим названием Иргиз. Как монастыри, так и их окрестности населяли старообрядцы, приглашенные царицей из-за границы. Во время жестоких гонений на старообрядчество много людей бежало за пределы родного отечества: в Польшу, Швецию, Румынию, Турцию, Пруссию, Китай и даже в Японию. Вступив на престол, Екатерина II издала манифест, которым призывала зарубежных старообрядцев вернуться в Россию и обещала им спокойную жизнь. Старообрядцы радостно откликнулись на этот призыв и большими массами устремились на Родину. Правительство отвело им место в пределах Иргиз а. Иргизские монастыри быстро приобрели огромное значение в церковно-общественпой жизни старообрядчества. Но в царствование Николая I иргизские монастыри были полностью разгромлены.

Рогожское кладбище в Москве основано при Екатерине II. В 1771 г. в Москве свирепствовала страшная чума. Московским старообрядцам было отведено для погребения чумных покойников место за Рогожской заставой. Здесь постепенно возникло большое духовное пристанище с кельями, богадельнями и церквами. Сначала был построен храм во имя святителя Николы. Затем начато было сооружение огромного летнего храма во имя Покрова Пресвятыя Богородицы. По обширности не было равного ему в Москве, Но московским старообрядцам не дали докончить его строительство по намеченному плану. О постройке храма донес императрице петербургский митрополит Гавриил. Он утверждал в доносе, что старообрядцы - народ опасный и что они своей постройкой большого храма унижают господствующую церковь. Началось расследование, и в результате храм был достроен в урезанном и окургуженном виде: вместо пяти глав оставлена только одна - маленькая; обломали выступы для алтарей, понизили само здание. Храм с внешней стороны стал выглядеть огромным, простым домом. Зато внутри храм поражает великолепием настенной росписи и редкостными по древности иконами.

Во время нашествия Наполеона французы побывали и на Рогожском кладбище. Но рогожане заблаговременно успели покинуть кладбище и спрятать главные святыни храмов. По изгнании Наполеона из Москвы столицу заняли донские казаки, в то время в большинстве своем старообрядцы. Знаменитый герой Отечественной войны атаман Платов (из донских казаков) был тоже старообрядец. Он подарил Рогожскому кладбищу свою походную церковь.

Рогожские храмы нередко подвергались посягательствам со стороны духовных и светских властей. При Александре I все храмы Рогожского кладбища были закрыты, но вскоре открыты снова. В 1854 г. у старообрядцев был отобран Никольский храм и передан единоверцам, а через два года были запечатаны алтари в Покровском храме. Распечатание же алтарей последовало только через 49 лет (в 1905 г.).

За все время своего существования Рогожское кладбище было руководящим центром русской православной старообрядческой Церкви. Таковым оно остается и в настоящее время.

РАЗДЕЛЕНИЯ В СТАРООБРЯДЧЕСТВЕ

Реформа патриарха Никона и последовавшие затем страшные гонения породили в умах тогдашнего верующего народа тревогу и брожение. Многие христиане стали думать, что пришли последние времена и что скоро наступит конец мира. Такое настроение усиливалось и другими обстоятельствами. В 1754 г. в России свирепствовало моровое поветрие: многие города опустели, оставшиеся в живых люди разбрелись в разные места, умерших от чумы хоронить было некому, трупы разлагались, заражая воздух зловонием и еще сильнее распространяя заразу. Некоторые деревни вымирали поголовно; поля оставались незасеянными; в стране царил голод, цены поднялись необычайно. К тому же рано ударили сильные морозы, пронеслись страшные бури, поля повыбивало градом... Все это до такой степени подействовало на верующих людей, что многие из них признали в этих грозных явлениях начало Страшного суда Божия. Народ по ночам молился, женщины и дети плакали, некоторые заживо ложились в гроба, ожидая скорого Христова пришествия. Но так как перед концом мира, по Священному Писанию, должен явиться антихрист, то некоторые христиане того времени стали указывать на Никона как на антихриста, выискивая в нем признаки последнего. Они рассуждали так: антихрист, по Писанию, будет страшным гонителем христиан, - Никон и был таким гонителем; антихрист будет царем, - и Никон имел титул «великого государя»; антихрист должен воцариться в Иеросалиме, - и Никон дал название построенному им Воскресенскому монастырю «Новый Иеросалим». Но когда Никон покинул патриарший престол, а затем был осужден и превращен в простого монаха, сделался безвластным ссыльным, то для всех стало ясно, что он не годится для роли последнего антихриста.

Но так как и после Никона гонения на христиан-старообрядцев не прекращались, то многие продолжали верить, что действительно наступили последние времена. В среде гонимых христиан появилось новое представление об антихристе: его нужно понимать духовно, антихриста как особой личности не будет и царство антихриста уже наступило. Это новое учение об антихристе вызвало в старообрядческой церкви разделение, которого, может быть, и не последовало бы, если бы старообрядцы имели возможность беспрепятственно собираться для обсуждения церковных вопросов и приходить к единомыслию в их решении. Но им приходилось скрываться в лесах и пустынях, жить среди лишений, бедствий и несчастий. Поэтому они и не могли предотвратить разделение в своей родной церкви.

Вместе с новым понятием об антихристе возникло и новое учение о священстве. Некоторые из старообрядцев стали учить, что священство окончательно прекратилось и безвозвратно погибло: не стало истинных священников, все они стали слугами антихриста. Таким образом, в старообрядческой среде стало оформляться течение, которое получило название «беспоповства».

БЕСПОПОВСТВО

Священники старого рукоположения дожили до 90-х годов XVII века, т. е. живы были еще и после Московского собора 1667 г. Этих священников признавали все старообрядцы. Поэтому в то время еще фактически не было беспоповства. Оно появилось лишь после смерти священников старого рукоположения, т. е. в самом конце XVII столетия.

Старообрядцы, отвергнувшие священников нового доставления, стали называться беспоповцами, так как они остались совершенно без попов. Они образовали беспоповское общество, решив, что от последователей Никона нельзя принимать не только священства, но и крещения. Они установили всех приходящих к ним из новообрядческой церкви снова крестить, поэтому беспоповцы называются еще и «перекрещиванцами».

Оставшись без священства, беспоповцы лишились и других церковных таинств: святого причащения, миропомазания, брака, елеосвящения. Что же касается остальных двух таинств - крещения и покаяния, то в беспоповстве стали их совершать простые миряне; совершали они и церковные службы. С течением времени у беспоповцев образовался особый класс наставников. Это - избранные обществом миряне для совершения таинств и отправления духовных служб и дел.

По вопросу о браке в беспоповстве произошло разделение. Сначала беспоповцы твердо держались мысли, что теперь таинства брака быть не может, ибо оно должно совершаться только священниками, которых, по мнению беспоповцев, уже нет. Следовательно, некому совершать это таинство. Поэтому все христиане должны вести жизнь безбрачную. Кстати, и конец мира скоро, зачем же брачиться? В 1694 г. в Новгороде состоялся собор беспоповцев, на котором брачное супружество было совершенно отвергнуто. Последователи этого собора стали называться безбрачникамн. Зовут их еще федосеевцами, так как большим проповедником безбрачия был некто Феодосий Васильев. Федосеевцы основали в Москве знаменитое Преображенское кладбище, возникшее одновременно с Рогожским, т. е. в 1771 г.

Однако полное безбрачие не могло привиться в беспоповстве, оно мыслимо только в монастырях, в среде подвижников. Живущие же в миру стали жить блудно. Тогда часть беспоповцев пришла к заключению, что таинство брака может совершать и мирянин. Эти беспоповцы получили название беспоповцев- брачников. У них совершать таинство брака стали простые наставники.

Особняком стоит в беспоповстве так называемое нетовское согласие. У нетовцев нет храмов, они не служат ни часов, ни вечерни; ничего подобного у них нет, поэтому они и называются нетовцами. Сами они называют себя «спасовцами», потому что, как они говорят, надеются на одного только Спаса. От всех остальных беспоповцев они отличаются главным образом тем, что не перекрещивают крещеных в новообрядческой церкви, а принимают их с тем же крещением.

В жизни старообрядцев-беспоповцев в XVIII веке большую роль играла Выговская пустынь как культурный и духовный центр беспоповства, прославившийся своей обширной литературной деятельностью. Выговскую пустынь создали знаменитые братья Денисовы, Андрей и Семен. Здесь же были написаны «Поморские ответы», в которых весьма обстоятельно изложены основные положения старообрядчества. В царствование Николая I Выговская пустынь была безжалостно разрушена до основания.

ЕДИНОВЕРИЕ

Между старообрядчеством и новообрядческой церковью существовала особая переходная церковь, так называемая единоверческая. Она была подчинена архиереям новообрядческой церкви, но совершала службы по старым книгам и все обряды, церковные чины и обычаи имела старообрядческие. Принадлежащие к этой церкви христиане назывались единоверцами. Названы они были так потому, что будто бы имели одну веру с новообрядческой церковью. Единоверие было основано в конце 1800 г., начало свое получило в Москве. В 1799 г. небольшая часть московских старообрядцев обратилась с прошением к московскому митрополиту Платону дозволить им иметь свои храмы и священников от новообрядческой церкви. При этом были представлены особые условия, по которым эти старообрядцы могли бы иметь священников. Прежде всего они просили, чтобы правительствующий синод снял клятвы, положенные на старые обряды, чтобы их церкви освящались по старопечатным книгам, чтобы священники совершали все службы по этим книгам и сами были бы рукоположены непременно по старым книгам; просили, чтобы и архиереи благославляли старообрядческих священников и народ двумя перстами. В то же время просители ставили условием, чтобы их священников не требовали в новообрядческую церковь на общее моление с троеперстниками. Очевидно, что этими условиями просители хотели создать особую церковь, отделенную от старообрядчества и от новообрядческой церкви. Так понял прошение московских старообрядцев и московский митрополит Платон. Последний согласился удовлетворить их просьбу, но с добавлением своих условий. Он решительно заявил, чтобы никто из новообрядцев не имел права присоединиться к учреждаемой церкви, а также принимать в ней причастия, за исключением случая возможной близкой кончины. На членов новой церкви митрополит Платон смотрел подозрительно. Раскольниками он их не стал называть, но, не считая полностью православными, назвал их по-новому - единоверцами. Кроме того, в заключение он провозгласил, что новообрядческая церковь и теперь, при допущении единоверия, не изменила своих взглядов на старые обряды и книги, считает их по-прежнему погрешительными, поэтому и единоверцев считает еще не просвещенными Богом. Они могут быть просвещенными Богом только тогда, когда примут все новые обряды и книги. На основании этих условий и было учреждено единоверие.

В единоверческую церковь вступила очень незначительная часть старообрядцев, и на первых порах она влачила весьма жалкое существование. Старообрядцы сторонились ее как опасной ловушки, с презрением к ней относились и архиереи новообрядческой церкви. В своих официальных отзывах они называли единоверцев «полураскольниками» и прямо «раскольниками». Только при Николае I число единоверцев значительно увеличилось: у старообрядцев стали насильно отбирать церкви, часовни, монастыри, скиты, иконы и другое церковное имущество и все это отдавать единоверцам.

Единоверцы все время тяготились своим необычным положением: они были и не старообрядцами и не новообрядцами; служили они по старым книгам, имели своих священников, поставленных в новообрядческой церкви по старому Чиновнику, но им хотелось иметь и своего архиерея. В течение всего времени существования единоверия последователи его неоднократно просили правительствующий синод дать им единоверческого епископа. Но просьбы эти не имели успеха. Только в 1918 г. собравшийся в Москве собор новообрядческой церкви решил, наконец, дать единоверцам архиереев, но только так называемых «викарных», то есть таких, которые состоят помощниками у новообрядческих епархиальных епископов и от них полностью зависимы. Это решение собора свидетельствовало, что новообрядческая иерархия всегда относилась к единоверцам с подозрением и считала их чадами иной церкви - единоверческой, пребывающей в разделении с церковью новообрядческой.

В настоящее время единоверческая церковь практически прекратила свое самостоятельное существование, слившись с новообрядческой.

БЕЛОКРИНИЦКАЯ ИЕРАРХИЯ

Гонения на старообрядцев длились уже около 200 лет, то ослабевая, то снова усиливаясь, приобретя особо жестокий характер при Николае I. Поэтому старообрядцы не считали возможным устраивать архиерейскую кафедру в России, где недремлющее око властей зорко следило за появлением даже дозволенных священников.

Старообрядцы, принимавшие священников от новообрядческой церкви, постоянно стремились к тому, чтобы восстановить свою трехчинную иерархию. Наконец, эти надежды сбылись. 28 октября 1846 г. присоединился к старообрядчеству Босно-Сараевский митрополит Амвросий. Это важнейшее в летописях старообрядчества событие произошло в Белой Кринице, в Австрии. Этим событием завершился трудный путь искания старообрядцами своего епископа, который и возглавил вдовствующую старообрядческую церковь, дав ей полноту трехчинной иерархии.

Вокруг учрежденной Белокриницкой иерархии, вокруг имени митрополита Амвросия сразу возникло много измышлений, злословий, всякой клеветы как со стороны господствующей церкви, так и со стороны отдельных старообрядцев, особенно беспоповцев. Не все старообрядцы согласны были принять митрополита Амвросия. Мнения разделились. Старообрядцы, принявшие митрополита Амвросия, стали называться «приемлющими священство Белокриницкой, или Австрийской, иерархии».

О митрополите Амвросии писалось и говорилось много. Значительное внимание уделил этой замечательной личности известный русский писатель Мельников-Печерский, служивший чиновником министерства внутренних дел и ведавший делами раскола. Виднейший расколовед прошлого столетия профессор Субботин написал специальное исследование, посвященное вопросу присоединения митрополита Амвросия к старообрядческой церкви и характеристике его личности, и должен был признать за ним высокие достоинства как человека и как архипастыря.

Мельников-Печерский в своих докладах министру писал, что «все сведения о личности Амвросия и о том, каким образом добыли его раскольники, сведения, как имеющиеся в делах министерства, так и напечатанные в разных журналах и отдельных книгах, оказываются совершенно ложными», и что митрополит Амвросий «далеко не дюжинный человек, не дурак, не мошенник, не христопродавец, каким представляют его отечественные писатели». «Для этих господ, - добавляет он дальше, - если кто раскольник, то уже непременно негодяй».

Кто хорошо знаком с биографией митрополита Амвросия, тот беспристрастно скажет, что это действительно был добрый пастырь, душу свою положивший за овец. Это был подлинно святой жизни человек, угодник Божий, праведник, исповедник, добрый архипастырь и святитель Христовой Церкви.

Амвросий, названный при крещении Андреем, был грек (а по другим сведениям - болгарин). Родился он в 1791 г. в небольшом селении Маистра, в пяти километрах от г. Эноса, тогда принадлежавшего Турецкой империи, а ныне присоединенного к Болгарии. Его отец, Георгий Попович, был священником греческой церкви. Двадцать одно поколение Поповичей были священниками. Сына своего Андрея он с детства начал готовить к духовному служению. Андрей поступил в духовное училище, где прослушал курс богословских наук.

В 1811 г. он женился и вскоре был поставлен в священники. С женой он прожил всего три года. Она скончалась в 1814 г., оставив мужу сына Георгия. Через три года после смерти жены Андрей принял иночество; при пострижении он получил имя Амвросий. Один из митрополитов греческой Церкви Матфей приблизил его к себе. Амвросий быстро выдвинулся в своей служебной деятельности. Уже в 1823 г. его назначили настоятелем Троицкого монастыря, что на острове Халки, расположенном среди знаменитых Принцевых островов в северо-восточной части Мраморного моря. В то время патриарший престол в Константинополе занимал патриарх Константин. Историки отзываются о нем как о человеке «боголюбезном, мудром мудростию божественною и человеческою». Он «сиял на патриаршем престоле, как дневное светило». Константин обратил внимание на игумена Троицкого монастыря и взял его к себе в патриархию на должность протосингела константинопольской церкви. «Здесь Амвросий, - пишет профессор Субботин, - стал уже на прямую дорогу к получению архиерейского сана». Действительно, он вскоре занял кафедру босно-сараевского митрополита Вениамина, умершего в 1835 г. «Патриарший синод, - говорится в ставленой грамоте Амвросия, - предпочел его всем другим кандидатам, яко достойнаго восприяти архиерейское предстоятельство и пастырский жезл святейшия митрополии боснийския». Рукополагал митрополита Амвросия константино- польский патриарх Григорий в сослужении четырех архиереев.

Получив ставленую грамоту от 9 сентября 1835 г., митрополит Амвросий отправился в свой епархиальный город Босно-Сараев, находившийся под владычеством Турции. В новом своем положении митрополиту Амвросию суждено бы ло перенести ряд испытаний и страданий. Боснией управляли турки. Они бесцеремонно грабили славянский народ и издевались над его беспомощностью. Обыкновенно греческие архиереи сходились с турецкими властями и заодно с ними притесняли народ. «Но митрополит Амвросий, - свидетельствует проф. Субботин, - явился исключением среди боснийских владык-фанариотов. Человек добрый от природы, он не мог равнодушно смотреть на бедственное положение народа, стал на его сторону и по возможности старался облегчить его нужды. Это было таким необыкновенным явлением, настолько противоречило издавна сложившемуся в народе понятию о греческих архиереях, что народ не признавал его, Амвросия, за грека: утвердился слух, что он природный славянин, а именно болгарин. Вот замечательные слова об Амвросии, занесенные в одну боснийскую летопись: «Этот владыка был святой человек, он много заботился о бедных. Он был родом болгарин, вовсе не был сребролюбив и радел только о том, чтобы народу было спокойно, чтобы народ не терпел неправды» (Субботин Н. И. «История Белокриницкой иерархии». М., 1874, с. 365).

Такой митрополит был неугоден турецкому правительству. По требованию последнего, патриарх Анфим II, боясь потерять патриарший престол, предписанием от 12 сентября 1840г. отозвал митрополита Амвросия из Сараева в Константинополь. Турецкое насилие восторжествовало. С прискорбием и со слезами расставался Амвросий со своей паствой. Русский посланник в Константинополе Титов спрашивал патриарха Анфима, за что Амвросий удален с боснийской кафедры. Патриарх ответил, что отозвал его с босно-сараевской кафедры, только «уступая настоятельному желанию турецких властей Боснии, от которых возведены на Амвросия многие клеветы». Прибыв в Константинополь, митрополит Амвросий пополнил число безместных архиереев, получая от патриархии на свое содержание «приличную пенсию».

Когда в Боснии славянский народ изнывал и бедствовал под тяжелым турецким игом, в России в это время терпел гонения и преследования русский народ от своего же русского правительства. В 1825 г. стал царствовать император Николай I. Он издал ряд указов, которые имели целью полностью уничтожить старообрядчество в России. Старообрядцам воспрещены были богослужения, у них отбирались, разорялись и уничтожались храмы и монастыри. Они были лишены гражданских прав. Их положение в России было хуже, чем положение славян в Турецкой империи. Особенно же преследовалось старообрядческое духовенство. Древлеправославных священников по всей России ловили, хватали» сажали в тюрьмы, ссылали и всячески преследовали. Епископов старообрядцы давно были лишены. Правительство делало последние усилия, чтобы окончательно уничтожить старообрядческое священство. Но этому случиться не дал Господь Бог.

Заботясь о сохранении в святой Церкви трехчинной иерархии, старообрядцы решили учредить за границей архиерейскую кафедру. Решение это обсуждалось во всех наиболее видных местах распространения старообрядчества. О нем говорили и советовались в Москве. Петербурге, на Иргизе, на Керженце, в поволжских городах, в Стародубье, на Ветке, в многочисленных старообрядческих монастырях и скитах. Пламенные надежды на успешное учреждение за пределами России епископской кафедры объединили всех старообрядцев. В Москве состоялся многолюдный собор, на котором и было принято решение учредить за границей архиерейскую кафедру.

Для указанной цели были посланы за границу два благочестивых инока, Павел и Алимпий, стяжавших себе бессмертную славу своими подвигами на ниве служения старообрядческой Церкви. Они отправились в Австрию, где старообрядцы жили свободно и даже пользовались некоторыми привилегиями. Там в Буковине находился бедный монастырь, тогда совсем еще неизвестный, носивший название Белокриницкого (рядом с селом Белая Криница). От имени этого монастыря российские посланники, иноки Павел и Алимпий, возбудили ходатайство перед австрийским правительством о разрешении иметь австрийским старообрядцам своего епископа. Много пришлось потратить времени, пока ходатайство это наконец было удовлетворено.

Получив для Белокриницкого монастыря право учредить архиерейскую кафедру, иноки Павел и Алимпий отправились на Восток с тем, чтобы, во-первых, отыскать там благочестивых епископов, если они еще сохранились, и, во-вторых, если таковых не обрящется, обратить в старообрядчество нескольких епископов (или хотя бы одного), принадлежавших к одной из восточных церквей, однако при том непременном условии, чтобы в ней было трехпогружательное крещение и сохранялась преемственная апостольская хиротония. Посланники русских старообрядцев «обтекли» весь Восток: побывали в Египте, Сирии, Палестине, Александрии, Иеросалиме, Константинополе и в других местах. Всюду они искали епископов, сохранивших древнее благочестие, но, к сожалению, не нашли. Одновременно они присматривались к восточным церквам, главным образом к греческой, от которой некогда крестилась Русь святым крещением. Они весьма обстоятельно изучали ее богослужение и обычаи, особенно жизнь и поведение духовенства. Всюду они видели, что греки крестят в три погружения и считают за великую ересь обливание, поэтому латинян, как обливанцев, перекрещивают при присоединении к греческой церкви. Понравилось старообрядческим депутатам и греческое духовенство. По своей простоте, доступности, чинному служению оно более соответствовало духу старообрядчества. В сношениях с греками и вообще в деятельности на Востоке инокам Павлу и Алимпию активное содействие оказывал некрасовский казак-старообрядец Осип Семенович Гончаров, умевший свободно говорить по-турецки и имевший большие связи в Константинополе и других городах Турции.

В Константинополе старообрядческие иноки познакомились с митрополитом Амвросием. Они начали с ним беседовать о религии, о разных церковных вопросах и, главным образом, о старообрядчестве и его нуждах. Внимательно прислушивался к их голосу митрополит Амвросий. Благодать Божия коснулась его сердца. Он увидел, что старообрядцы невинно страдают в России. Иноки Павел и Алимпий начали убеждать его присоединиться к православной старообрядческой Церкви. Они изложили перед ним все основы старообрядчества, его историю, обычаи, обряды. Они не скрывали от него, что он должен будет в случае присоединения выполнить положенный при этом чин проклятия от ереси. Не скрывали они и того, что ему придется идти трудным и скорбным путем. Их призыв митрополит Амвросий воспринял как голос Божий, зовущий его на подвиг и спасение.

«Он, - говорил о нем инок Павел, - вняв звание свыше через убогий наш голос, решился оставить вся и самую приверженность своего отечества, воспринял твердое намерение пройти прискорбный и тесный путь по следам Христа Спасителя». Ведя с митрополитом Амвросием беседы, старообрядческие иноки присматривались к его служению. Он нередко участвовал в торжественных патриарших служениях, участвовал даже в рукоположении одного епископа.

Митрополит Амвросий, поручив себя воле Божией, отправился со старообрядческими послами в Австрию. Это было в конце мая 1846 г. 11 июля он был представлен австрийскому императору. В поданном императору прошении митрополит Амвросий заявил, что он присоединяется к старообрядческой Церкви потому, что «совершенно уверился, что все догматы и уставы греческой Церкви только у реченных старообрядцев в своей первой чистоте и точности содержатся... Я с твердостью решился принять избрание реченного старообрядческого общества в верховного пастыря, видя пред собою самое явное Божественное провидение, которое меня предназначило, дабы лишенное до сих пор священного архипастыря оное общество (числящееся, кроме австрийского царства, в соседственных державах до трех миллионов) руководить к вечному блаженства пути. Для того с искреннейшим желанием и, одушевлен будучи, с любовью и ревностию всю свою силу и жизнь за благосостояние такового общества готов пожертвовать».

28 октября 1846 г. было совершено торжественное присоединение митрополита Амвросия к старообрядческой церкви. «Митрополит Амвросий, - повествует соборное деяние о принятии его в старообрядчество, - стоя пред царскими дверьми, начал велегласно русским языком проклинать все ереси, поелику он имеет способность говорить по-славянски. По проклятии ересей принял себе во отца духовного нашего священноинока Иеронима, исповедавшись ему во святом алтаре, выполняя и прочее все, как есть законоположено во втором чине». Так было положено основание Белокриницкой иерархии.

Старообрядческая церковь ликовала, повсюду вознося Господу Богу горячие и слезные молитвы по случаю совершившегося события. Однако радость христиан-старообрядцев была омрачена новыми бедствиями. Русский царь Николай I, узнав об этом важном событии, потребовал от австрийского императора лишить митрополита Амвросия права священнодействовать и закрыть Белокриницкий монастырь, в противном случае грозил начать войну с Австрией. В декабре 1847 г. митрополит Амвросий неожиданно был вызван в Вену, столицу Австрии. Здесь правительство предложило ему либо отправиться в ссылку на вечное поселение, либо возвратиться к константинопольскому патриарху, причем ему было вручено послание патриарха, который призывал его вернуться в греческую церковь и обещал ему милостивое попечение и покровительство. Митрополит Амвросий решительно отказался принять это предложение. Он остался верным старообрядческой церкви. За это митрополит Амвросий был отправлен в ссылку в далекий немецкий город Цилли.

Находясь вдали от своей паствы, митрополит Амвросий не прерывал с ней духовного общения. Обиженный, оскорбленный, невинно осужденный, он терпеливо переносил свои страдания, не роптал, не гневался, а с покорностью перед Божьей волей нес до гроба доставшийся на его долю жизненный и пастырский крест. Он нередко писал письма в Белую Криницу. Он радовался, когда в церкви старообрядческой было «тихо и мирно», и скорбел, когда происходили в ней какие-либо смуты и разногласия. В каждом письме он посылает своей пастве «архипастырское прощение, мир и благословение». Каждый раз он напоминает ей, что «удален от нее ненавистью враждебников наших, но духом не разлучен от нее». В знак своего единства он посылает ей какую-либо вещь. В одном письме он пишет: «Посылаю при сем мою святительскую мантию, да будет она, якоже и жезл мой, восприемникам престола моего, начиная от господина Кирила и прочим последующим, в знак чувственного моего благословения и в вечную незабвенную память. Итак, да будет благодать Господа Исуса Христа и любы Бога и Отца и причастие Святаго Духа со всеми вами. Аминь». Изредка кто- либо из духовных лиц добирался до места ссылки митрополита Амвросия. Тогда происходили здесь сцены, волнующие до глубины души. Амвросий, уже старец преклонных лет, плакал, как ребенок, от радости при этой встрече; рыдали и прибывшие к нему издалека гости. Посещения эти давали митрополиту Амвросию новые силы, он становился бодрее, крепче и спокойнее. Последними посетителями, уже во время его тяжелой болезни, были послы от старообрядческого собора - епископ Иустин и иеродиакон Ипполит. Они выехали из Цилли 18 октября 1863 г., а 30 октября Господь призвал к Себе праведную и многострадальную душу митрополита Амвросия. Перед кончиною своею он сам причастился Святых Таин. Тело его было похоронено в г. Триесте, а погребение по нему отслужено в Белокриницком монастыре митрополитом Кирилом.

ЦЕРКОВНЫЕ РАЗНОГЛАСИЯ

Присоединение митрополита Амвросия к старообрядчеству было большим торжеством Церкви Христовой. Русское правительство принимало все меры к тому, чтобы уничтожить Белокриницкую иерархию. Оно не ограничилось одними только гонениями, были пущены в ход и разного рода нелепые слухи, вымыслы и клевета против старообрядческой иерархии и против самого митрополита Амвросия. Враги старообрядчества утверждали, что будто бы митрополит Амвросий был крещен обливательно, находился под запрещением священнодействия, к старообрядчеству присоединился из-за денег, и т. п. Защитники старообрядческой церкви не имели в то время возможности своевременно и повсюду опровергать эти низкие клеветы, так как тогда строжайше воспрещалось что-либо печатать в защиту старообрядчества. Воспрещалось старообрядцам и собираться для обсуждения своих неотложных церковно-общественных вопросов, для выяснения своих сомнений и недоразумений. Поэтому, как ни вздорны были эти слухи и вымыслы, они кое-где имели успех: легковерные люди поверили им. Вследствие этого некоторые старообрядческие приходы не приняли Белокриницкой иерархии. Они по-прежнему продолжали принимать священство, переходящее от новообрядческой церкви. За этими старообрядцами, не признавшими митрополита Амвросия, укрепилось название «беглопоповцев». Многие из них в прошлом побывали на Востоке, на родине митрополита Амвросия, смотрели, как греки крестят, наводили о митрополите Амвросии справки в патриаршей канцелярии в Константинополе. Эти поездки и справки убедили их в том, что митрополит Амвросий был крещен трехпогружательно, никогда не состоял под запрещением и присоединился к старообрядческой Церкви исключительно по убеждению в ее истинности.

В настоящее время бывшие «беглопоповцы» имеют свою самостоятельную трехчинную иерархию с духовным центром в г. Новозыбкове. Начало ее положил архиепископ Никола (Позднев) Саратовский и Петровский, в 1923 году перешедший из обновленческого раскола новообрядческой церкви. От архиепископа Николы получили хиротонию и другие иерархи бывшей «беглопоповской» церкви.

Совершился и еще один церковный раздор в Церкви Христовой. Находясь долгое время без духовного пастырского руководства, живя среди беспоповцев и находясь под их влиянием, многие старообрядцы неправильно восприняли учение о церкви. Заметив это среди своих чад духовных, епископы древлеправославной церкви в обличение такого учения издали в 1862 г. особое сочинение, названное «Окружным посланием». Составил это сочинение знаменитый в старообрядчестве писатель Иларион Георгиевич Кабанов (Ксенос), обладавший обширными познаниями и глубоким умом. Старообрядцы, придерживавшиеся такого беспоповского учения, восстали против этого сочинения и произвели церковный раздор. Они получили название «не приемлющие Окружного послания», или, короче, «неокружники». К сожалению, к ним примкнули и некоторые епископы. В настоящее время этот раздор утерял свое значение и отдельного духовенства и церквей у «неокружников» не имеется.

БЕЛОКРИНИЦКАЯ ИЕРАРХИЯ В РОССИИ

Митрополит Амвросий поставил себе преемников: митрополита Кирила и других епископов в Австрии, а митрополит Кирил поставил на Москву архиепископа Антония (Шутова) .Так была основана Московская Старообрядческая Архиепископия в 1853 г. Архиепископ Антоний был замечательный архипастырь по своей неустанной деятельности, уму, начитанности, располагающему характеру. Почти 29 лет он занимал Московский святительский престол. Скончался 8 ноября 1881 г. Вместо него был возведен в архиепископы епископ Савватий Тобольский. Умер 8 сентября 1898 г. Святительский престол наследовал Иоанн, епископ Донской (Картушин). Он пользовался большим уважением» среди верующих христиан-старообрядцев за свой ум, за строгую и примерную жизнь. Скончался 24 апреля 1915 г. После него был архиепископом Мелетий, потом управлял Московской Архиепископией епископ Викентий Кавказский. С 1941 по 1952 г. Старообрядческой Архиепископией управлял архиепископ Ирннарх (Парфенов). Скончался 23 февраля (7 марта) 1952 г. В 1952 г. во главе Старообрядческой Архиепископии стал архиепископ Флавиан (Слесарев). Скончался 12 (25) декабря 1960 г. В 1961 г. на архиепископскую кафедру был возведен епископ Иосиф (Моржаков), который управлял церковью до 1970 г. После кончины владыки Иосифа первосвятительский престол наследовал архиепископ Никодим (Латышев). Скончался 29 января (11 февраля) 1986 г. Местоблюстителем Архиепископа Московского и всея Руси стал епископ Анастасий (Кононов). После кончины владыки Анастасия - 27 марта (9 апреля) 1986 г. первосвятителем Московским был избран архиепископ Алимпий (Гусев). На Освященном Соборе, посвященном тысячелетию Крещения Руси (1988 г.), на Москве была учреждена Митрополия. Митрополитом Московским и всея Руси был избран Архиепископ Алимпий, который ныне является главой Русской Православной Старообрядческой Церкви. Было уточнено и официальное название нашей Церкви. Ныне она называется Русская Православная Старообрядческая Церковь.

В старообрядческой церкви наиболее выдающимися епископами были: Арсений (Швецов) Уральский и Оренбургский - знаменитый старообрядческий писатель и апологет. Умер 10 сентября 1908 г.

Михаил (Семенов) Канадский, в прошлом профессор Петроградской Духовной академии, присоединившийся к старообрядчеству от новообрядческой Церкви, обладал большим писательским талантом и был знаменитым проповедником. Умер в 1916 г.

Геронтий (Лакомкин) Костромской и Ярославский, большой проповедник и неутомимый церковный деятель. Умер 7 июня 1951 г.

С первых дней Великой Отечественной войны иерархи старообрядческой церкви обратились к старообрядцам нашей страны с воззваниями, в которых призывали всех верующих единодушно встать на защиту священной земли русской. Подобные воззвания старообрядческих епископов выпускались много раз во время войны, читались с амвона в церквах и распространялись в тысячах экземпляров. Среди старообрядческих общин и отдельных старообрядцев были произведены сборы средств в фонд обороны Родины.

Ныне здравствующий Митрополит Московский и всея Руси Алимпий в своих архипастырских рождественских и пасхальных посланиях, проповедях и обращениях призывает свою паству к нерушимому хранению преданий и догматов Церкви Христовой, неутомимому свидетельству об истине старообрядчества, подлинному и нелицемерному патриотизму.

Из-за жестоких гонений при царском правительстве, а затем из-за богоборчества и насильственной коллективизации 20-30-х годов старообрядцы во множестве бежали за границу. Их потомки сейчас живут в Австралии, Канаде, США, Аргентине, Бразилии и других странах. Особенно много старообрядцев в Румынии, где имеется самостоятельная старообрядческая митрополия.

TopList

Rambler's Top100
be number one


Контактная информация: здесь
Комментарии, предложения: kirovold@ezmail.ru
Карта сайта: здесь   
Новости сайта: здесь